RADOSVET

вход

Внесем ясность в духовное и материальное. М.П.Холл

Внесем ясность в духовное и материальное. М.П.Холл


А теперь давайте немного подумаем об истинном положении дел. Какие материальные результаты приносит жизнь, проживаемая в соответствии с духовными нормами поведения? Речь в данном случае, безусловно, идет о жизни, а не о нескольких неделях обучения или десяти простых уроках. Это означает в прямом смысле слова целую жизнь, проживаемую год за годом честно и разумно. Человек становится духовным не потому, что читает книги или занимается с каким-то учителем, даже если это настоящий учитель. Он становится духовным не потому, что знаком с духовными людьми, или по утрам и вечерам повторяет вслух несколько банальностей, или погружается в молчание, или молится по шаблону*, или бубнит что-то на санскрите, или платит взносы в метафизической организации, или был «посвящен» в какой-то мистический культ. Он становится духовной личностью только потому, что год за годом живет одухотворенной, философской жизнью.

У духовенства в ходу одна старая поговорка, гласящая, что прихожане хотят попасть в царство небесное по протекции священника. Так и очень многие люди считают, что с их духовным спасением все в порядке, потому что они вступили в организацию с передовыми взглядами или потому что они верят в перевоплощение и карму, или потому что они любят животных. Одни думают, что вершат свою духовную судьбу с помощью диеты. Другие изо всех сил стараются привести себя в божественное состояние с помощью дыхательных упражнений. Третьи пользуются пакетиками с нужными травами, собранными «махатмой» на вершинах Гималаев и продаваемых верующим по доллару за пакет. Религия — это не фантастический процесс, состоящий в механическом выполнении упражнений или заучивании установок, и не нечто, что вы постоянно вбиваете в голову. Это то, чем вы живете изо дня в день. Религия — это совершенствование собственного «я» при постоянном соблюдении самодисциплины, называемое философской жизнью. Это то, в соответствии с чем живут, а не то, о чем рассуждают; то, что исповедуют, а не утверждают. Великие метафизические системы прошлого дошли до нас во фрагментарном виде из-за того, что веками свирепствовавшая теологическая зараза почти уничтожила классическую философию. Пифагор и Платон были метафизиками так же, как и Будда, и Конфуций; но их метафизика имеет очень мало общего с популярным вариантом. Из школы Пифагора вышло более ста пятидесяти великих философов, людей, подчинивших себе физическую жизнь и возвысившихся над всеми ограничениями и иллюзиями плоти.

Начнем с того, что метафизика в действительности не является популярной системой взглядов. Этот образ мышления присущ только высокоорганизованным и высокодисциплинированным умам. Если домохозяйка пожелает стать метафизиком, она должна сознавать, что пытается овладеть наукой, которая требовала напряжения всех способностей самых организованных умов мира. Она должна приближаться к этому предмету медленно, будучи готовой потратить по крайней мере пять — десять лет на работу по овладению основами, прежде чем пытаться выпустить свой неподготовленный интеллект на безбрежные просторы океана знаний. Метафизика предназначена для мыслящих людей, и если за ее изучение принимаются неразумные люди, происходит обвал. Это может создать впечатление, что предмет в целом очень труден, и его невозможно усвоить, что, в свою очередь, сильно обескуражит оптимистов, но гораздо лучше, если они будут обескуражены вначале, чем разочарованы потом, после долгих лет приложения искренних, но потраченных впустую усилий. Пока в духовных науках слепые ведут слепых, великие истины природы предстают только в искаженных и неестественных формах.

Изучать метафизику в надежде избавиться от боли в желудке, достичь одним махом космического сознания или увеличить свои доходы — значит быть повинным по меньшей мере в кощунстве и, конечно, в глупости и наглости. Это хуже, чем привязывание богов к жерновам алчности. Беда современной метафизики состоит в том, что большинство так называемых метафизиков не имеют ни малейшего понятия ни о самом предмете, ни о сфере его охвата. Трудно подобрать подходящее сравнение. Можно сказать, что метафизика — это грандиозное сооружение, величественный храм, опоры которого покоятся на фундаменте Вселенной, а крышей ему служит сам огромный небесный свод. Истину искали веками. Сотни миллионов людей жили, чтобы достичь ее, и миллионы отдали за нее свои жизни. Герои, мученики, мудрецы, святые и пророки, спасители мира и полубоги забытых столетий являются жрецами этой великой обители. К вратам этого святилища следует приближаться лишь с благоговением. Ведущая к нему древняя дорога протоптана ногами бесчисленного множества людей, а современный псевдометафизик настолько не способен даже смутно ощутить необъятность и святость этой науки, что путает эту божественную программу с кооперативным клубом с официальными завтраками для деловых людей или с местной лечебницей.

Древняя мудрость ничего не предлагает ступившему на путь Великой Работы, кроме возможности усовершенствовать себя, выполняя последовательную программу разумного приложения усилий. На Востоке ученичество требует соблюдения жесткой дисциплины без наград или обещаний. Ни один индивидуум не готов к религиозной или философской жизни, пока его приходится побуждать быть добродетельным обещаниями материального вознаграждения. Умные люди изучают философию не затем, чтобы оставаться вечно молодыми, а затем, чтобы мудро стареть. Никто не штудирует учения древней мудрости в расчете увеличить личное богатство, потому что философия, если уж на то пошло, вероятно, разлучит его с тем, которое у него есть в данный момент. Философия обогащает людей не внешним обладанием, а внутренним пониманием. Философия накапливает сокровища в душе, откуда их не могут украсть воры, и где они не подвержены разрушительному действию времени. Иисус не проповедовал доктрину богатства и процветания. Он велел тем, кто хотел бы стать его учеником, бросить все, что у них есть, и идти за ним. Об Учителе христиан написано, что у лис есть норы и у птиц есть гнезда, а Сыну Человеческому негде преклонить голову*. Будда оставил богатство и исходил все дороги Индии с нищенской кружкой для сбора подаяний. Мухаммед пожертвовал состоянием и стал изгнанником, у которого не было дров для костра и достаточно еды. Он ткал себе одежду и чинил башмаки.

Философ живет, чтобы одаривать других, приносить радость другим и служить другим, оставляя себе все меньше и меньше. Насколько отличается этот прекрасный бескорыстный образ от отвратительного зрелища сотен глупых людей, в волнении слушающих метафизические банальности в надежде, что это на несколько долларов увеличит их доходы! Их представления в целом абсолютно не верны. Слова великих цитируются неправильно. Учителя-мошенники стараются изобразить, будто Иисус преподавал доктрину процветания, а восточные святые предлагают дуракам войти в состояние нирваны. Закон и пророков цитируют и переводят неправильно, пытаясь заставить их оправдать нелепую веру в то, что Бог хочет, чтобы все люди были здоровыми, счастливыми и богатыми независимо от того, живут ли они достойно или нет. Вселенная, в сущности, не проявляет никакого особого интереса к человеческому счастью, не более чем человека волнует комфорт или дискомфорт, возможно, существующий в улье или муравейнике. Просто человек по своей природе представляет собой назойливое двуногое животное с отчетливо выраженными разрушительными склонностями, живущее за счет тяжкого труда и жизни других.

Чтобы быть счастливым, человек должен жить достойно. Он должен быть честен с миром, в котором живет, честен с самим собой и осознавать цель своего существования. Если человек соблюдает законы жизни, живет разумно и благородно и использует свой ум для совершенствования своей внутренней природы и помощи другим людям, он имеет право на скромную толику счастья. И действительно, если он все это выполняет, он счастлив, и ему не приходится тратить время на поиски банальных объяснений собственного несовершенства. Тот же самый принцип применим и к проблеме богатства. Природа не постановила и Вселенная не предопределила, что человек должен быть богатым; фактически вся теория богатства выдумана человеком, потому что природа накапливает то, что ей нужно, а человек — то, что ему не нужно. Если чакон кармы приносит какому-нибудь индивидууму богатство, то оно создает проблему, которая заключается в возможности и ответственности. Пророки давнего прошлого и великие учителя мира, безусловно, были слишком мудры, чтобы пропагандировать программу всеобщего богатства. Богатство является тяжелейшей обязанностью, которую индивидуум вынужден нести в этом мире, и решения относительно его использования всегда приносят кармические последствия.

Это постоянное искушение; оно вынуждает человека взваливать на себя массу обязанностей и принимать решения. Оно отнимает громадное количество времени, приводит в замешательство и утомляет ум, делая его неспособным к занятиям философией. Следовательно, обладание им, безусловно, не принадлежит к числу необходимых элементов метафизики. Те, кто заработали его для нынешней жизни, имеют его по закону кармы. Продолжат ли они владеть им после этой жизни или нет, зависит от того, как они его используют. Как очень мудро заметил Будда, неправильное использование богатства неизбежно приведет к нищете в будущей жизни.
Настоящая метафизика занимается универсальными фактами, божественной жизнью человека, которая выходит далеко за пределы этой бренной сферы. Настоящая метафизика — это жизнь согласно закону, и человечество, движущееся по Вселенной с потоками божественного закона, подобно кораблю, приводимому в движение сильными океанскими течениями. Мудрый человек не желает ускользнуть от закона, а стремится к полной гармонии с ним. У Конфуция есть прекрасное изречение, касающееся этой тайны. «Рыбы, — сказал этот китайский мудрец, — рождаются в воде. Человек рождается в законе. Если рыбы находят водоемы, они благоденствуют; если человек живет по закону, он может прожить жизнь спокойно». Следовательно, любой учитель метафизики, который соблазняет человеческий ум возможностью не признавать те универсальные принципы, которые поддерживают мир, повинен в распространении ложных доктрин.

У метафизики, как и у всех великих отраслей знания, есть своя традиция, передаваемая по наследству чередой просвещенных учителей. Все великие доктрины метафизики вполне сложились, так что никакие значительные изменения или реформы основных положений невероятны и невозможны. Современные метафизики не мудрее, чем Лао-Цзы*, не обладают большими способностями, чем Платон, и более глубоким умом, чем Шанкарачарья*.

Поистине глупцом должен быть тот, кто пытается реформировать мудрость веков, в то время как не может исправить глупость и ошибки нынешнего поколения. Самое лучшее для ученика, который хочет чувствовать себя уверенно в основных принципах метафизики, — это сделать частью своей жизни семь необходимых составляющих совершенства, установленных посвященными философами Индии. Описание этих семи необходимых составляющих приведено под общим заглавием «Парамиты». Это правила и нормы личного поведения, необходимого для мистической или философской жизни. В различных учениях, имеющих один и тот же источник, можно обнаружить три разных порядка Парамит. В одном из них шесть правил, в другом десять, но в порядке, состоящем из семи правил, совершенно ясно и определенно формулируются необходимые добродетели, достижение которых должно предшествовать просвещенности в любой законной метафизической системе. Различают семь Парамит:

1. Дана, что означает милосердие; это понятие включает в себя целую философию умения отдавать, служить и делиться тем, что имеешь. Без милосердия нет добродетели, без добродетели нет мудрости, а без мудрости не может быть никакого внутреннего мира. Таким образом, Дана — это управление общественными взаимоотношениями, преодоление заблуждения в виде собственнических устремлений, по-настоящему сильное и искреннее желание содействовать удовлетворению потребностей человечества. Милосердие имеет не только физическое выражение, оно также распространяется на мысли и мнения. Мы должны делиться не только тем, что имеем, но и тем, что мы собой представляем. Милосердие — это преодоление предубеждений, утверждение в осознании общей цели, общей потребности и общего блага. Все это может показаться весьма далеким от метафизической доктрины, однако внутреннее развитие должно до известной степени происходить под влиянием концепции и социальных установок, формирующихся в процессе жизни во внешнем мире.

2. Шила. Согласно разным толкованиям, этот термин означает гармонию, повиновение или следование заповедям, то есть различным правилам добродетельного поведения. Гармония есть внутренний покой, проистекающий из понимания, подчинения законам жизни и следования философским заповедям. Гармония выражается в умении придавать красоту своим поступкам и полностью настраиваться на творчество и сотрудничество. Эту мысль можно резюмировать на западный манер так: тот, кто проживает жизнь, должен знать доктрину. Без гармонии не может быть понимания сверхфизического. Без подчинения невозможно организовать такой образ жизни, чтобы он содействовал формированию философского мировоззрения. Следовать заповедям — значит подчиняться законам жизни, ибо ни один человек не может нарушить вселенские заповеди и в то же время суметь постичь тайны жизни.

3. Кшанти. Это качество можно интерпретировать как упорство или терпение; упорство в смысле непрерывных усилий, постоянной борьбы на протяжении длительного периода времени. Такой наукой как метафизика овладеть не так-то легко. Годы и жизни придется потратить на беспрерывную борьбу, прежде чем будет, наконец, достигнута великая цель. Терпение — это готовность ждать; не обладая терпением, невозможно довести до конца упорное стремление к цели. Но терпение — это не только готовность ждать, это еще и в каком-то смысле безразличие к фактору времени. Человек должен оставить надежду на озарение через шесть месяцев, шесть лет или шестьдесят лет и искренне продолжать прикладывать усилия, понимая, что награда придет в свое время. Природные процессы нельзя ускорить, предприняв отчаянную попытку достичь всего именно сейчас. Без терпения невозможно никакое озарение, никакое завершение борьбы. Метафизика вобрала в себя самые глубокие человеческие знания и не следует надеяться на скорую награду за настойчивость в овладении этими знаниями. Человеку не стоит ожидать метафизического прозрения, пока он не довел до совершенства каждую область своей жизни и мышления.

4. Вирадж. Этим термином обозначено высшее безразличие, отрешенность, способность освободиться от всяческой борьбы чувств, от безудержных устремлений и чрезмерного честолюбия — и даже от надежды на результат от приложения усилий или награду за них. Это подчинение закону ради самого закона; достойная жизнь просто потому, что это достойный образ жизни; стремление делать все наилучшим образом, не надеясь на награду и не страшась потерь. Это своего рода безразличие к жизни, времени, людям и вещам — полное освобождение от напряжения, вызываемого борьбой. Надежды на успех и страх испытать неудачу развеиваются ничем не нарушаемым внутренним спокойствием. Без отрешенности невозможно никакое свершение. Философская отрешенность не предполагает пренебрежение своими обязанностями, просто она заставляет человека все делать наилучшим образом, не допуская при этом, чтобы процесс делания чего-то или уже сделанное нарушали ощущение внутреннего покоя.

5. Вирья. Это совершенство можно расценить как правильно направленное усилие или как мужество, которым мудро распоряжаются. Другими словами, усилие и борьба без напряжения в восточной метафизике тонко различаются. Каждое дело делается спокойно и ловко. Все мужество направляется на преодоление препятствий между нынешним состоянием и конечным озарением. Мужество позволяет человеку отказаться от всего менее важного ради великого, встретить опасность, насмешки, критику и даже принять муки с полным самообладанием, мысленно сосредоточившись на конечной цели. По восточным понятиям, борьба — это не безрассудная беготня и не стремление к власти, а спокойная и неизменная сила, никогда не признающая поражения, ведущая медленно, но верно к просвещению путем красоты и добродетели.

6. Дхьяна — это созерцание и размышление, медитация, внутреннее предчувствие цели прилагаемых усилий, уход объективного в субъективное. На этом отапе дисциплины становятся эзотерическими. Дхьяна — это субъективное единение человека с законом. Практикуя Дхьяну, индивидуум сливается с универсалиями*. Людям, которые еще не овладели до конца предыдущими Парамитами, часто не понятно истинное значение процессов созерцания и размышлений. Дхьяна — это жизнь в согласии с внутренним миром; безмолвное осознание, когда человеку наконец сообщаются великие универсальные истины с помощью этих же самых универсальных истин, которые втекают в него и заполняют его собственно сознанием закона.

7. Праджна. Это последняя из Парамит, которую интерпретируют или как мудрость, или как способность субъективного восприятия. Праджна завершает все процессы. Благодаря Праджне человек в конце концов обретает мудрость, то есть узнает вечные истины бытия. Поиск оканчивается познанием истины и закона. Индивидуальность исчезает из виду, личность ликвидируется как философский фактор, остается одна универсальность.

Парамиты начинаются с простой человеческой добродетели, а заканчиваются трансценденцией в метафизическом понимании, т. е. переходом из сферы возможного опыта (природы) в сферу, лежащую по ту сторону опыта.

Семь необходимых составляющих совершенства, пусть хотя бы и с незначительными вариациями присутствующие в разных метафизических системах, образуют догмат каждой серьезной метафизической или мистической школы. Ни одна из великих мистериальных школ никогда не обещала власти, просветленности или чувства уверенности, пока человек не развил добродетели в самом себе. Каждому должно быть ясно, что ни один настоящий преподаватель метафизики или метафизическая организация просто не могут обещать никакого духовного превосходства группе людей, представляющих разные слои общества, совершенно не учитывая различий в уровне их развития. Метафизика — это философская алхимия; происходящее внутри таинственное превращение по принципу: чем лучше мы становимся, тем больше можем узнать. Если мы сами ничего собой не представляем, то никакому существу, будь то человек или Бог, не под силу наделить нас способностью постичь истины, превосходящие уровень нашего развития. Из этого правила нет исключений, и не существует никакого способа отменить или обойти этот основополагающий метафизический факт.

Любая попытка форсировать события, чтобы чего-то достичь, явно этого не заслуживая, переходит в разряд черной магии или колдовства. Колдун — это человек, использующий механическое воздействие воли в попытке «выжать» из природы какие-то вещи или события, которые, согласно закону кармы, не соответствуют ни действиям, ни заслугам. С помощью силы воли, использования гипноза или магических формул иногда оказывается возможным здесь, в этом материальном мире, создать видимость исправления неправомерного положения дел. Метафизическим способом человек может что-то украсть; так, например, он может ограбить банк, или присвоить чужое имя, или каким-то другим злодейским способом завладеть тем, что ему не принадлежит. Но тот простой факт, что всего этого можно добиться таким манером, не оправдывает подобного образа действий и не делает добрыми дурные побуждения. Злонамеренное использование силы воли и животного магнетизма вроде бы позволяет на короткое время свести на нет действие закона причины и следствия. И опять-таки тот факт, что нечто подобное достижимо, не доказывает честности такого метода. Любой человек может честно приобрести то, чего желает, только одним путем: заработать эту вещь или заслужить ее. Из этого правила также нет исключений. И когда какой-нибудь метафизик встает в позу и сообщает вам, что у него имеется собственный метод общения с Вселенной, который позволяет ему «узаконить» подобное злоупотребление властью, только очень глупые люди могут обратить на его слова серьезное внимание.

Философии в черной магии не больше, чем этики в ограблении банка. Если проблему в целом поднять до уровня метафизики, неподготовленные умы сразу же забывают о ценностях и соразмерностях. Метафизическая черная магия процветала многие тысячелетия, поскольку всегда существовала и, вероятно, всегда будет существовать определенная категория людей, стремящихся чем-либо завладеть, не утруждая себя приобретением нужной вещи законным путем. Однако никому не удается совместить моральную нечистоплотность с претензиями на духовность и знание философии.

С другой стороны, было бы неверно утверждать, что все усилия человека, прилагаемые искренне и с умом, не получают вполне адекватного вознаграждения. Причина, по которой большинство метафизиков не получает награды за свои труды, заключается в том, что образ их мышления несовершенен и ошибочен и все они не заслуживают никакой награды. Целостность таких личностей, как Платон, Сократ и Аристотель, была вознаграждена не только философским чувством уверенности при жизни, но и щедрой похвалой благодарных потомков, которые будут помнить их имена и деяния до скончания веков. Величие, возможно, не замечаемое при жизни, сохраняется как памятник себе и тем, кто смог его достичь. Среди афинян было немало блестящих людей, чьи имена не сохранились до наших дней, потому что их достижения оказались слишком незначительными, чтобы считаться вкладом в вечное благополучие всего человечества. Политики, дипломаты, правители, богатые, напыщенные и высокомерные, очень важные и уважаемые в свое время, не сохранились в памяти людей. Время все расставляет по своим местам, и все неподдельное в конце концов заслуживает одобрения человечества.

Итак, можно заключить, что мудрость придает человеку чувство уверенности при жизни, защищает его в невидимом мире, куда он уходит, и дарует бессмертие его имени в том мире, который он покидает. Что еще может пожелать разумно мыслящий человек кроме того, чтобы совершенные им добрые дела пережили его и чтобы тем самым заслужить благодарность человечества? Мудрость наделяет уверенностью в будущем в гораздо большей степени, чем богатство, дарует внутренний покой и терпение. Она освобождает ум от множества фальшивых ценностей, лишающих большинство людей способности здраво мыслить. Она освобождает мысль, чтобы размышлять над действительностью. Философия награждает людей монетами собственной чеканки. Она дает им то, что они заработали, — нечто такое, что общество не в состоянии у них отнять. Мудрость сама по себе награда, и тех, кто ею обладает, невозможно ни унизить, ни разорить, ни испортить. Мудрость не принадлежит этому миру, она пребывает в тайном мире, по ту сторону добра и зла. И награды, даруемые мудростью, — не от мира сего, они приходят из тайной обители мудрости. Мудрые люди удаляются от мирской суеты, чтобы приблизиться к истине, достигая тем самым разумно обоснованной цели, ради которой и был задуман человек.

Таким образом, нельзя сказать, чтобы поиск истины был одной лишь борьбой, не приносящей никаких результатов, поскольку с каждым, пусть даже самым малым, достижением внутри нас происходит соответствующее расширение сознания и просвещение нашего существа. Единственное, чему мы должны научиться, так это не думать о философии с точки зрения долларов и центов. Философия не расплачивается с нами долларами, так как они не принадлежат миру философии. Человеком владеет ложная идея, будто бы, раскрывая сознание, он может стать одним из правителей земли, обладающим всеми материальными благами, и объектом всеобщего восхищения. Если кто-либо хочет поправить свои дела, пусть себе изучает методику ведения дел, а не религию. В стране существует достаточно институтов для подготовки людей к гораздо более эффективной деятельности в различных областях промышленности, экономики и торговли. Никто не станет изучать философию, чтобы стать торговцем, он будет изучать коммерцию. Вещами, по своей природе принадлежащими материальной Вселенной, следует овладевать на материальном плане, с помощью материальной силы и материальных средств. Религию нельзя рассматривать ни как высокое умение протолкнуть свои учения, ни как замену знаниям врача, дантиста и бакалейщика. Дело религии — сформировать душевный склад человека, а не наделить его внешним богатством. Очень часто материальное положение человека улучшается благодаря его приверженности какой-то религии, однако не менее часто он так и остается в материальном отношении незаметной фигурой. Ужасную ошибку совершает тот, кто использует духовные средства в надежде достичь материальных целей. Поступать так — значит бесчестить нечто слишком прекрасное и слишком благородное, чтобы оказаться до такой степени извращенным и оскверненным. Честный метафизик должен за версту обходить учителей и учения, которые сулят ему освобождение от всех жизненных обязанностей и предлагают сформировать у него психологию согласно знаменитой формуле бурных 1920-х: «Мир, власть и изобилие».

Мне искренне хотелось вкратце охарактеризовать практические проблемы духовной жизни, и особенно те из них, которые волнуют начинающего, ведь последнему приходится заниматься поиском истины при помощи одного из пребывающих в вечном разладе обществ, формирующих сегодня сферу метафизико-религиозной деятельности. Кто-то, возможно, испытает чувство разочарования, поняв, что запоминание афоризмов и прописных истин религии отнюдь не освобождает человека от необходимости вести определенный образ жизни, трудиться и мыслить, однако подобное открытие рано или поздно будет сделано, и тогда оно станет путеводной звездой в поисках подлинных и непреходящих ценностей.

М.П. Холл. Слово к мудрым.

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гость, не могут оставлять комментарии к данной публикации.